Краков – город, который всегда жил не только историей, но и работой. Каменные улицы помнят шаги ремесленников, гул ярмарок и цехов, где формировалось богатство города. В XIX веке, когда Краков входил в состав Австро-Венгерской империи, промышленный пейзаж менялся с каждым десятилетием. Именно тогда появилась одна из важнейших и самых прибыльных структур государства Габсбургов – Имперско-королевская правительственная табачная фабрика на улице Дольных Млынув (ulica Dolnych Młynów), пишет krakow-name.eu.
Она стала символом модернизации и одновременно – частью строгой экономической политики Вены. Тысячи рабочих ежедневно превращали табачные листья в товар, который расходился далеко за пределы Галиции. А для Кракова эта фабрика была одновременно и гордостью, и напоминанием о том, что большие прибыли – это еще и немалая ответственность.
Табачное производство в Польше
Сначала предприятие существовало под австрийским гербом и с пышным названием – Имперско-королевская табачная фабрика (Kaiserliche Koenigliche Tabakfabrik). Открыли ее в 1876 году, чтобы обеспечивать табаком многочисленных солдат, несших службу в казармах и укреплениях Краковской крепости. Австрийцы знали, что сигарета для воина – почти часть амуниции, поэтому поставки должны были быть бесперебойными. В Малопольше тогда работало несколько табачных фабрик, но война обошлась с ними жестоко. Обстрелы и пожары превратили их в руины, так что от прежней промышленной гордости остались лишь воспоминания и кирпичные скелеты. На этом фоне краковская фабрика выглядела настоящим стратегическим трофеем – живой, действующей и нужной.
Еще во времена Габсбургов, когда Галиция была лишь кусочком огромного австро-венгерского пазла, над городами витал аромат свежего сушеного табака из Имперско-королевских правительственных табачных фабрик. Это были не просто производства, а “экономические легкие” империи: с конвейеров сходили миллионы сигарет и сигар, а вместе с ними – потоки акцизных денег для венской казны. И все это – в рамках строгой государственной монополии, где каждая сигарета находилась под контролем империи. Для польских земель такая фабрика стала и благословением, и своеобразной золотой клеткой.
Да, она гарантировала тысячам работников стабильный заработок, развивала транспорт, торговлю, даже моду, ведь в городских кафе сигарета стала символом современности. Но прибыли шли не в местную казну, а в Вену, оставляя поляков скорее потребителями, чем выгодополучателями. И лишь после Первой мировой войны, когда Польша вновь стала независимой, бывшие имперские фабрики создали фундамент собственной табачной монополии. Однако уже не с двойной короной на гербе, а с орлом.
Фабрика, которая видела империи
В начале XX века это предприятие стало сердцем промышленного Кракова – крупнейшим в городе, где работало более 1000 человек, в том числе, до 900 женщин. Каждое утро к воротам стекались люди с окрестностей в надежде найти работу или хотя бы подработку. Атмосферу тех времен ярко передал в книге “Улица Голембя” (Ulica Gołębia) Корнель Филипович. Он описал, как удушливый аромат табака окутывал улицы, а в день зарплаты перед широкими воротами собиралась пестрая публика: от матерей с детьми до кредиторов, продавцов и девушек, мечтавших о кино и вечерней прогулке с кавалерами. Сирена возвещала окончание смены, и из ворот выходили рабочие с деньгами – главные герои маленькой городской экономики.
Фабрика щедро платила: зарплаты там были выше, чем в большинстве отраслей, а с годами стажа работники получали еще и премии до 50% оклада. Стоит отметить, что для обеспечения оптимальных условий хранения табака и комфорта рабочих фабрика была оснащена системами вентиляции, поддерживающими нужную влажность и температуру. Это было критически важно для качества сырья. Кроме того, на предприятии использовались паровые машины для работы механизмов и производственных линий. Паровая энергия обеспечивала автоматизацию процессов производства сигарет и сигар.
Краковский дым
В начале XX века фабрика внедрила автоматические машины для скручивания сигарет, что значительно повысило качество продукции. Для транспортировки табака по фабричным цехам установили внутренние конвейеры. В 1928 году по объемам производства краковская фабрика уступала лишь гродненской, но по стоимости продукции оставалась в лидерах. Руководство польской табачной монополии в 1929 году отмечало, что именно на краковском предприятии производят наибольшую долю табака в Польше. Там выпускали единственные в стране специальные сорта “Hercegovain” и “Pursican”, а также трубочные табаки и сигареты из верге-бумаги – с мундштуком и без него. Помимо сигар и сигарет, фабрика изготавливала даже окурки, параллельно работал и завод сигаретной бумаги.
В межвоенной Польше предприниматели быстро поняли: табак – это не только удовольствие для курильщиков, но и звонкая монета в бюджете. Государство решило взять дело в свои руки: 1 июня 1922 года ввело табачную монополию. За два года все частные фабрики стали государственными или прекратили деятельность. Спрос на продукцию рос, как и аппетиты правительства: уже на карте появились новые производства – в Винниках под Львовом, на Охоте в Варшаве и в Заблотове в Восточной Малопольше. Люди тогда курили больше, чем когда-либо: если в 1925 году на душу населения приходилось 598 граммов табака, то в 1930 году – почти 700.
Роль табачного производства для страны
Фабрики открывались одна за другой: Белосток, Быдгощ, Ковель, Лодзь, Радом, Вильнюс. К 1928 году Польская табачная монополия выпускала более 10 миллионов сигарет ежегодно. Это была огромная империя со складами, магазинами, пунктами закупки, инспекциями выращивания, даже экспериментальными цехами. В 1930 году на нее постоянно работало 13 000 человек, еще 2000 – сезонно. И что интересно: первыми шанс на работу получали ветераны, вдовы и сироты погибших. Социальные гарантии были щедрыми, а налоги – строгими: половина стоимости пачки сигарет отправлялась в казну. Сырье везли из Болгарии, СССР, Турции и Греции, потому что отечественный табак не мог обеспечить необходимые объемы для польских табачных фабрик.
Хроники Дольных Млынув
Краковская табачная фабрика продолжила работу и после Второй мировой войны. Но в 1945 году случилась беда – вспыхнул пожар. Сгорел главный производственный корпус, пострадала часть зданий. Однако все удалось восстановить, причем, с учетом современных на тот момент противопожарных стандартов, с использованием негорючих материалов и систем раннего обнаружения пожаров. В 1958 году предприятие начало работу уже как Краковская табачная фабрика (ZPTK), выпускали “американские” сигареты. В 1973 году было подписано соглашение с “Philip Morris International” на производство “Marlboro”, а в 1996 году американский табачный гигант выкупил фабрику у государства. Последняя сигарета на улице Дольных Млынов сошла с конвейера в 2002 году — накануне того, как производство переехало в новый центр в Чижинах.
Новые проекты и возможности
Когда американцы свернули производство, территорию приобрела испанская компания “Immobilaria Camins” с планами возвести гостиницу или офисы. Консерваторы архитектурного наследия сказали “нет” сносу, однако мировой кризис заставил Испанию заморозить проект на несколько лет. И тогда произошло маленькое краковское чудо: Фонд Tytano решил оживить постройки, но за счет ресторанов, баров, кафе и арт-мастерских. Промышленные цеха стали сценой для культурных и социальных событий, а вечерами там бурлил поток горожан и туристов, которые приходили за коктейлями и крафтовым пивом.
От сигарет для крепости до ночных баров
Фото: визуализация будущего комплекса на улице Dolnych Młynów
Но в начале XXI века ситуация опять изменилась. Территорию бывшей табачной фабрики в Кракове присмотрел испанский застройщик “Immobilaria Camins” под масштабный многофункциональный комплекс. П предварительным презентациям, проект предусматривал гостиницу, офисные помещения, апартаменты, торговые площади и зеленые зоны, интегрированные в сохраненные исторические фасады фабрики. Речь шла о создании “города в городе”, но уже не в формате свободного креативного пространства, а как коммерческого объекта премиум-класса.
Проект вызвал противоречивую реакцию в Кракове. Часть горожан и архитекторов поддержала его, видя шанс отреставрировать заброшенные здания и привлечь инвестиции. Другие – критиковали, считая, что новая застройка вытеснит атмосферу Tytano – места, ставшего символом альтернативной культуры, и превратит пространство в “еще один глянцевый квартал для туристов и бизнеса”. В 2020-х годах дискуссии все еще продолжались. Но какое бы решение ни приняли, все понимали, что возвращения к масштабам новой Краковской табачной фабрики не будет. Это уже другая страница городской истории, которую напишут другие компании.